Домой Стратегия В Ташкенте рассчитывают на собственные силы

В Ташкенте рассчитывают на собственные силы

221

Руслан ВЕСЕЛ
Наиболее густонаселённая страна Центральной Азии ответила кризису девальвацией национальной валюты. В 2008 году официальный (центробанковский) курс доллара повысился по отношению к суму на 7,88% (с 1291,23 до 1393 сомов за доллар). Подобный курс был и в банках, и в обменных пунктах. А вот на «черном рынке» курс сума понизился на 13% (с 1300-1320 до 1470-1490 сумов за доллар). В 2008 году сум «официально» подешевел и относительно евро на 9,87% (с 1866,21 до 2050,36 сумов за евро по официальным данным). «Пролихорадило» узбекскую национальную валюту и в нынешнем году. В середине января доллар на «чёрном рынке» вырос чуть ли не до двух тысяч, но в течение суток вернулся к полуторатысячной отметке. Подобный рост стоимости американской валюты торговцы валютой объясняют инфляцией.


Рост доллара на валютных рынках, подъем курса в России отрикошетил и по просторам Узбекистана. Но не обошлось и без внутренних причин – проблемы с получением наличных из банков; задержки зарплат бюджетников и много других….
Резкий скачок доллара породил в узбекских головах весьма интересный и актуальный вопрос – а кто, собственно, устанавливает курс доллара? Причем, в отличие от Центробанка, обновляющего сумму еженедельно, невидимый кто-то делает это каждый день. Не просто так менялы по всему городу выходят на рынок, имея одну, четкую и конкретную стоимость сума к доллару, к российскому рублю и так далее.

Будто бы сговорились.

Абсурдно полагать, что столь важным для населения экономическим вопросом ведает один человек, все-таки рынок, даже «черный», должен жить и функционировать по определенным законам. Потому, это вытекает из анализа вышеописанного, того, кто диктует цены на валюту сегодняшнего дня зовут не иначе, как рынок. Да-да, сама рыночная ситуация заставляет валютчиков метаться в ту или иную сторону. Впрочем, это относится и к ценам на продукты питания и другие товары. Скажем, подорожал бензин – стало дороже такси, вырос доллар в Китае, выросли накладные и дорожные расходы узбекских бизнесменов-импортеров – выросла стоимость и завозимого ими товара.

В остальном страна пока не ощутила на себе результаты глобального финансового «медного таза». Как утверждает доктор экономических наук, профессор Аза Мигранян, Узбекистан «избежал большинства проблем, связанных с перечисленными проблемами финансового кризиса, так как экономика страны меньше всего интегрирована в мировые финансовые рынки, имеет закрытый характер и в основном базируется на реальном секторе при слабой банковской системе». По ее мнению, это позволило Узбекистану избежать проявлений финансового кризиса, но не спасло от быстрого роста инфляции, снижения темпов роста ВВП, сокращения платежеспособного потребительского спроса. Но это уже проявления кризиса на потребительском рынке, который преодолеть легче.

Преодолевать же эти последствия Узбекистан явно намерен жёсткой государственной рукой. В конце прошлого года возникли проблемы с выдачей зарплаты: банки не выдавали «наличку» своим клиентам – юридическим лицам. Ходили слухи, что это делалось по приказу Центробанка, дабы удержать курс наличного доллара в приличествующих для годового отчёта перед народом и президентом пределах. Но стоит заметить, что руководство страны не сидело сложа руки и в преддверии кризиса: ещё в конце 2007 года было принято решение о значительном усилении капитализации банков.

Сейчас в стране также задействована антикризисная программа, утвержденная президентом Исламом Каримовым. Кабинет министров республики принял постановление «О мерах по обеспечению кредитной поддержки предприятий и инвестиционной активности в сфере реального сектора экономики». Узбекистан практически реприватизировал ряд крупных коммерческих банков. В прошлом году власти приняли решение направить на повышение капитализации и увеличение ресурсной базы шести банков около 500 млрд. сумов (около 360 млн. долларов) бюджетных средств и средств Фонда реконструкции и развития, будут выделять кредиты. При этом Минфин, выделяющий деньги из бюджета, и Фонд реконструкции и развития, назначенный сооператором проекта, планируют до конца текущего года войти в число акционеров или увеличить свою долю до контрольного пакета в трех крупнейших коммерческих банках страны – «Узпромстройбанке», «Пахтабанке» и «Галлабанке». Господдержку получат и госбанки – Народный банк (бывший Сбербанк) и банка «Асака», показывающие такую динамику роста, которая вызывает тревогу у властей. Кроме того, под контроль Центробанка практически перейдет «Микрокредитбанк», оказывающий услуги предприятиям малого бизнеса. Согласно правительственному документу коммерческие банки Узбекистана, получившие государственную поддержку, будут выделять кредиты предприятиям реального сектора на срок не менее трех лет при льготном периоде не менее года и по ставкам, не превышающим ставку рефинансирования Центробанка (14% годовых). Это значит, что сами банкиры не будут заинтересованы в кредитовании реального сектора по самой что ни на есть банальной причине – они не смогут заработать на этих операциях.

В данной связи стоит напомнить, что маржа банков напрямую зависит от уровня инфляции в стране. Так, согласно данным узбекского Госкомстата, инфляция по итогам трех кварталов 2008 года составила всего 4,5 процента. Годовая же инфляция на уровне 6-6,5 процента. Статистический комитет СНГ дает совсем другие цифры: в 2008 году инфляция будет на уровне 12 процентов, а в 2009 году – на уровне 10 процентов. В то же самое время специалисты Международного валютного фонда прогнозируют инфляцию в Узбекистане в 2009 году на уровне 10,6 процента. Согласно независимым источникам, инфляция в стране выражена двузначными цифрами (оптимистические на уровне 15-20, пессимистические – на уровне 35-40 процентов), и 2009 год в этом плане не станет исключением.

И, что еще более нереально, это предусмотренные правительственным постановлением кредиты на пополнение оборотных средств предприятиям-экспортерам. Их планируют выделять на срок до 1 года по ставке, не превышающей 70% ставки рефинансирования Центробанка.

Однако этот механизм весьма непростой. Для получения госкредитов до 500 тыс. долларов предприятию необходимо обратиться напрямую в банки. Решение о выдаче кредита, превышающего эту сумму, принимает специально созданная рабочая группа по мониторингу и контролю за ходом реализации программы антикризисных мер.  Механизм доступа к госсредствам усложнен тем, что они кумулируются на специальных счетах банков в Центробанке, а выдача кредитов осуществляется только при наличии положительных решений рабочей группы и кредитного комитета. Это означает, что последнее слово остается за регулятором банковской системы – Центробанком.

Все это вместе взятое приведет, с одной стороны, появлению пула банков, особо приближенных к Центробанку, и поэтому имеющих все шансы получить господдержку. С другой стороны, в силу незаинтересованности банков в выдаче кредитов, можно ожидать скрытого саботажа антикризисной программы. Так как продукт (господдержка) обговорен массой труднопреодолимых условий, то и выдавать его будут согласно ранжиру. В первую очередь, предприятиям, сумевшим не только по всей форме обратиться за кредитом, но и готовым за него заплатить.
Господдержку ждет судьба любого дефицитного продукта. Во-первых, 360 миллионов долларов не такие большие деньги, чтобы обеспечить срочными кредитами все нуждающиеся в господдержке предприятия реального сектора. Во-вторых, как и за любым дефицитным продуктом, за ним выстроится большая очередь. В-третьих, любая очередь предполагает, что рядом появится другая – привилегированная.

По давно сложившейся традиции, узбекские власти предпочитают считать собственную экономическую стратегию непогрешимой, а все беды – привносимыми со стороны. Поэтому неслучайно в тексте президентского указа говорится о том, что антикризисные меры направлены на решение задач по «преодолению негативных последствий мирового финансово-экономического кризиса, обеспечению устойчивых темпов экономического роста и макроэкономической сбалансированности, стабильной работе базовых отраслей реального сектора экономики и содействию занятости населения, осуществлению адресной поддержки экспортеров, предприятий ведущих отраслей промышленности и малого бизнеса».

Главной бедой является недоверие к экономической политике узбекских властей со стороны иностранных инвесторов. Последние ссылаются на высокие политические риски в стране и несамостоятельность банковской системы.

Как правило, крупные сделки может финансировать исключительно Национальный банк Узбекистана, остальные не имеют достаточной массы ликвидности, чтобы на равных вести диалог с крупными иностранными компаниями.

Поэтому банки второго эшелона вынуждены ориентироваться на внутренний рынок, ибо внешний для них фактически закрыт в силу монопольного положения НБУ. Искусственное сужение рынка накладывается на невысокую платежеспособность 27-миллионного населения.

Узбеки получают слишком мало, чтобы поддерживать функционирование банковской системы. Вместе с тем нет точных данных по средней месячной зарплате в стране.

Согласно официальной статистике (Минфин и Госкомстат), среднемесячная заработная плата по Узбекистану на 1 октября 2008 года составила 298,6 тыс. сумов, или около 220 долларов.
Если принять во внимание уровень потребительских цен (в Ташкенте они мало уступают московским), то о сбережениях говорить практически не приходится. Правда, регулярно банки извещают мир о росте депозитной базы. Но при более пристальном взгляде понятно, откуда такой рост возникает. Административными мерами часть заработной платы бюджетников в принудительном порядке перечисляется в банки, взамен учителя, врачи и иже с ними получают пластиковые карточки. Еще одним условием функционирования карточек является их обязательное отоваривание в крупных супермаркетах. Снять наличные деньги с карточки довольно сложно.

Все выстраивается в определенную цепочку. Отсутствие реальной базы для роста банков внутри страны вынуждает их искать источники роста вне Узбекистана. Но жесткое регулирование банковской деятельности со стороны государства не дает возможности получить источники фондирования за пределами страны.

С другой стороны, иностранные инвесторы не торопятся вкладывать средства в узбекские активы. В результате, акцент узбекских властей на банковскую систему, которая должна активизировать кредитование реального сектора, вряд ли оправдается.

Следует заметить, что Узбекистан, скорее всего, будет рассчитывать в борьбе с кризисом на собственные силы. От иностранной помощи он бы, конечно, не отказался, но особо надеяться на нее не приходится. От России, по крайней мере. В ходе состоявшегося 22-23 января визита российского президента в эту страну главы государств подписали только совместное коммюнике по его результатам. Говоря о причинах визита Дмитрия Медведева в Узбекистан, стоит отметить, что последние несколько месяцев, начиная с сентября прошлого года, у России с этим государством возник ряд своеобразных проблем. Во-первых, Ташкент заявил о своём выходе из ЕврАзЭс. Говоря точнее, было сказано о приостановке членства в этой организации, но в уставе ЕврАзЭс такая процедура не прописана, поэтому можно сказать, что Узбекистан демонстративно покинул данную структуру. На протяжении второй половины 2008 года Ташкент также приостановил сотрудничество с ШОС сразу по нескольким направлениям. Кроме того речь шла о сотрудничестве в сфере углеводородных ресурсов. Несмотря на проблемы в ЕврАзЭс и ШОС, осенью прошлого года появилась информация о том, что Москва договорилась с Ташкентом о сооружении газопровода с территории Узбекистана через Казахстан в Россию. Все эти вопросы и были в фокусе визита российского президента в Ташкент. Также, рассматривались проблемы безопасности и борьбы с терроризмом, так как наличие рядом Афганистана предполагает напряжение, распространяющееся на весь региона.