додому Стратегія Гуманитарные тренды двадцатых годов

Гуманитарные тренды двадцатых годов

37

Когда наступает серьёзный общественный кризис, в первую очередь атрофируется орган, призванный замечать и устранять кризисы, — мышление. Более того, мышление даже не замечает, как противостоит самому себе в отчуждённых формах. Например, во всём видит происки потусторонних сил, изменения в природе или невидимую руку рынка.

Неудачные попытки вялого мышления как-то теоретически осмыслить положение дел и найти способ действий превращают его в антимышление, т. е. ведут к скептицизму, иррационализму или утверждению, что наступил конец западного логоцентризма.

Дальше мышление откатывается до состояния чувственной достоверности, т. е. самой богатой категории в эмпирическом плане и самой бедной в собственно мыслительном плане. Причём не важно, достоверность чего фиксируется: множества событий во внешнем мире со всеми их тонкими деталями, безразличными для здорового человека, или множества душевных состояний, приобретающих чрезмерную значимость и принципиальность.

Возможна и противоположная схема, когда серьёзный кризис порождает необходимость в развитии мышления. Мышление не нужно, чтобы откатываться назад, оно необходимо для шага вперёд. Поскольку любой шаг вперёд возможен только в результате отрицания наличного положения дел, то всякое действительное мышление есть критическим мышлением.

-ads-

Собственно, философия и возникла в результате кризиса мифологического мышления как его критика. Мистицизм и гуманизм были формой критики закостеневшей средневековой схоластики. Классическая немецкая философия была революцией в мышлении, выступая ответом на революцию во Франции.

Разумеется, это всего лишь схемы, которые нельзя прикладывать к реальной истории. Каждый виток общественного развития есть угасание мышления, ведь мышление не требуется, если виток был совершён и некий цикл был запущен заново. Как говорят американцы: «Если оно не сломано, нет нужды чинить это». Любое вторжение мышления в общественную «машину» с целью починить будет восприниматься излишним, несвоевременным, да и вообще ещё всё не так уж плохо!

И хотя проблемы рано или поздно обязательно наступают, появление критического мышления не является необходимостью данного цикла, хотя и является необходимостью в историческом масштабе на каждом цикле. Подобная ситуация в эстетике выражается категорией «трагическое».

2020 год и продолжающийся до сих пор тренд показал кризис критического мышления в том смысле, который в него вкладывает идеология: отождествление критического мышления с рассудочным мышлением, научной философии с позитивизмом, а единственной «правильной» социальной системы с либеральной демократией западного типа.

Сейчас мы всё слышим о конце конца истории и что гегемония, заложенная позитивистской рациональностью, рушится, открывая исторический зазор для изменений. Средневековая картина мира сгорела на кострах вместе с чумными трупами, что открыло зазор критики для гуманистов против средневекового мышления и его предубеждений, в частности теорий болезней, господствующие в обществе как точка зрения здравого смысла.

В то же время эпидемия чёрной смерти открыла зазор для мистической критики христианства за отступление от изначальных постулатов веры. Соединившись, эти две линии критического мышления, направленные в прошлое, послужили прогрессу и создали собственно европейскую цивилизацию.

Сегодня вдруг обнаружилось, что служитель культа науки мало чем отличается от средневекового попа в своей продажности и зашоренности ума, полный своих предрассудков. Это породило соответствующие защитные реакции: от полного отрицания науки и провозглашения конца света до большего фанатизма в защите текущего положения дел.

Тем не менее, мне кажется, что как раз сегодня появился зазор для возвращения в рациональность совершенно другого типа. То есть, такую рациональность, которая предполагает и изменчивость, и отсутствие тотального смысла. Другими словами, рациональность возвращается в парадигму классической философии.

Уже сегодня существует множество общественных и международных движений в Украине, России, Европе, США, связанных с самообразованием. И в первую очередь философским самообразованием, поскольку философия является основой для любой науки. Поскольку мы имеем дело с серьёзным общественным кризисом, то неудивительно, что происходит очень сильная радикализация гуманитарной сферы.

Если в докризисные времена идеалом взвешенного, объективного ученого политолога был либеральный центрист, то сейчас даже центризм становится радикальным.

В то же время возвращаются многие идеологии интенсивного модерна в плане самоидентификации: для молодежи важно иметь какую-то радикальную идентичность — анархо-коммунист, анархо-капиталист, анархо-фашист и т. п. В общем, все флаги черно-какого-то цвета сейчас вполне естественный способ для самоидентификации молодёжи.

Мы находимся в такой среде, в которой существуют запросы на кустарное самообразование, основанные на технологиях дистанционного обучения, ставшие сейчас фактом реальности. Преимущество гуманитарного образования заключается в том, что оно может быть абсолютно реализовано без каких-либо границ и технических ограничений.

В той мере, в которой у людей есть интернет и микрофон, они могут вовлекаться в самые разные формы обучения и построения, в общем-то своей идентичности. Внутри таких сообществ происходит признание своей картины мира среди таких же, как и ты.

Так можно объяснить популярность разных радикальных антивакцинаторских групп — люди просто находят единомышленников и синхронизируют с ними картину мира. Не я сумасшедший, это мир сумасшедший, — и вот те люди, который точно так же считают.

Отличие кружков философского самообразования заключается в преодолении логики сектантства и превращении в сгусток производства совершенно новых общественных нарративов, которые будут доминировать в посткризисную эпоху.

И хотя идеалы «старых» идеологий невозможно возродить в современных условиях, они оказываются образцом для подражания для современной молодёжи, утомлённой чисто либеральным или консервативным дискурсами.

Сегодняшним интеллектуалам гораздо легче поверить в любую теорию заговора, чем допустить возможность самоорганизации народа без их предводительства. Среда философского самообразования пока что характеризуется отсутствием какой-либо организационной структуры, системы или программ, что позволит её структурировать и монетизировать в будущем, либо же она станет единственным островом свободы дискуссий, проходящих втайне от алгоритмов социальных сетей.

Вероятно всего, проявление и борьба этих двух тенденций.Эпоха Возрождения была шагом назад, а вовсе не прогрессивным шагом, как мы часто себе это представляем. Но иногда новое возможно только через возвращение к старому. И мне хочется видеть сегодня новое Возрождение, в первую очередь возрождение традиций мышления в его классических образцах.

Предсказать форму будущего мышления и способы его самоорганизации невозможно. А пока что мы видим кипящий котел низовых дискуссий, развитие мышления людей, которые еще не дошли до вершин философского образования и не имеют даже базового гуманитарного образования, но тем не менее искренне стремятся на вершину развития мирового духа. Разумеется, по пути они наломают дров. Но с этих дров и разожжется костёр нового мышления.

Автор: Сергей Галушкин

Источник: Koine

попередня статтяБедность не ждёт подачек от Макрона
наступна статтяЦифрові номади і смарт-поселення. Тренди ринку

НАПИСАТИ ВІДПОВІДЬ

введіть свій коментар!
введіть тут своє ім'я