Домой Стратегия Новые размышления

Новые размышления

5842

Неужели принудительная самоизоляция означает новый тоталитаризм?

Отовсюду мы наблюдаем подтверждение гипотезы о том, что на самом деле мы переживаем конец света, конец буржуазной демократии, основанной на правах, парламентах и разделении властей, которая уступает место новому деспотизму, который, с точки зрения распространения контроля и прекращения всей политической деятельности, будет хуже, чем тоталитаризм, который мы знали до сих пор. Американские политологи называют его «государство безопасности», то есть государство, в котором «по соображениям безопасности» (в данном случае — «здравоохранения», термин, заставляющий вспомнить о пресловутых Комитетах общественного спасения времен якобинского террора) могут быть наложены какие угодно ограничения на личные свободы. В Италии, в конце концов, мы уже давно привыкли к чрезвычайным указам исполнительной власти, которая таким образом подменяет законодательную власть и фактически отменяет принцип разделения властей, на котором основывается демократия. А надзор, осуществляемый с помощью видеокамер, и теперь уже, как предлагается, с помощью мобильных телефонов, намного превосходит любые формы надзора, осуществляемые при тоталитарных режимах, таких как фашизм или нацизм.

Что касается данных, то помимо тех, которые будут собираться с помощью мобильных телефонов, следует также проанализировать данные, распространяемые на многочисленных пресс-конференциях, к полноте которых и верному истолкованию зачастую есть претензии.

Это важный момент, потому что он касается сути явления. Любой, кто хоть немного знаком с эпистемологией, не может не удивляться тому, что все эти месяцы средства массовой информации распространяли цифры без каких-либо научных критериев, не только не увязывая их с годовой смертностью за тот же период, но даже не указывая причину смерти. Я не вирусолог и не врач, но я просто процитирую надежные официальные источники. 21 000 смертей от Ковид-19 кажутся и, безусловно таковыми являются, впечатляющими цифрами. Но если рассматривать их по отношению к ежегодным статистическим данным, то вещи, как правило, приобретают иной аспект. Несколько недель назад президент ISTAT, доктор Джан-Карло Блангиардо, объявил о цифрах смертности за прошлый год: 647 000 смертей (1772 смерти в день). Если мы детально проанализируем причины, то увидим, что по последним имеющимся данным за 2017 год зарегистрировано 230 000 смертей от сердечнососудистых заболеваний, 180 000 смертей от рака, по крайней мере 53 000 смертей от респираторных заболеваний. Но один момент особенно важен и тесно касается нас.

Какой?

Я цитирую слова доктора Блангиардо: «В марте 2019 года от респираторных заболеваний умерло 15 189 человек, а годом ранее — 16 220. Кстати, это больше, чем соответствующее число смертей от Ковид (12 352), зарегистрированных в марте 2020 года». Но если это так, и у нас нет причин сомневаться в этом, то, не желая приуменьшать значение эпидемии, возникает вопрос: могут ли эти числа оправдать беспрецедентные для нашей страны меры по ограничению свободы, неслыханные даже для двух мировых войн? Есть серьезная проблема в том, что, распространяя панику и изолируя людей по домам, на население была возложена очень серьезная ответственность вместо властей, которые сначала уничтожили здравоохранение, а затем совершили ряд не менее серьезных ошибок в борьбе с эпидемией в Ломбардии.

Даже ученые не устроили хорошего шоу. Похоже, они не смогли дать ответы, которых от них ожидали. А как вы думаете?

Всегда опасно оставлять решения проблем, которые, в конечном счете, являются моральными и политическими, на врачей и ученых. Понимаете, ученые, правильно или неправильно, добросовестно преследуют свои цели, которые отождествляются с интересами науки и во имя которых — история это убедительно доказывает — они готовы принести в жертву любые моральные принципы. Мне не нужно напоминать, что при нацизме высокоуважаемые ученые проводили политику евгеники и без малейших колебаний использовали концлагеря для проведения смертельных экспериментов, которые они считали полезными для научного прогресса и заботы о немецких солдатах. В данном случае шоу особенно смущает, потому что в действительности, даже если средства массовой информации скрывают это, нет согласия между учеными и некоторые из наиболее известных среди них, такие как Дидье Рауль, возможно, величайший французский вирусолог, имеют другое мнение о значении эпидемии и эффективности мер изоляции, которые в одном из интервью он назвал средневековым суеверием. Я уже писал, что наука стала современной религией. Эту аналогию с религией нужно понимать буквально: богословы заявляли, что не могли четко определить, что такое Бог, но во имя его диктовали людям правила поведения и без колебаний сжигали еретиков; вирусологи признают, что не знают точно, что такое вирус, но во имя Его утверждают, что они точно знают, как жить человечеству.

Нам говорят — как это часто бывало и ранее — что ничто не останется таким, как прежде, и что наша жизнь должна измениться. Как вы думаете, чего нам ждать?

Я уже пытался описать форму деспотизма, которая нас ждет, и по отношению к которой мы должны быть начеку. Но если на мгновение отвлечься от текущих дел и попытаться взглянуть с точки зрения судьбы человеческого рода на Земле, то мне вспоминаются соображения великого голландского ученого Людвига Болка. По словам Болка, для человека характерно прогрессирующее торможение естественных жизненных процессов адаптации к окружающей среде, которые сменяются гипертрофированным ростом технических средств адаптации окружающей среды к человеку. Если этот процесс переходит определенный предел, то становится контрпродуктивным и ведет к самоуничтожению вида. События, подобные тем, которые мы переживаем, мне кажется, показывают, что эта точка была достигнута, и что лекарство, которое должно было излечить наши недуги, рискует привести к еще большему злу. Именно этому риску мы должны всеми средствами сопротивляться.

АГАМБЕН Джорджо, итальянский философ

Источник: quodlibet

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь