Домой Социум Гражданская война как лучший прогрессор

Гражданская война как лучший прогрессор

42

Киев. 20 декабря 2016 года (Facebook, Александр ПЕТРАЧКОВ). Почему в Украине ничего не происходит при таком катастрофическом положении в экономике и политике? Потому что в Украине низкая пассионарность населения, а без пассионарности нельзя ни провести реформы, ни совершить модернизацию, ни построить будущее. Пассионарность повышается во время войны, гражданской войны и революции, но сейчас в Украине глубокий спад после поражения Революции Достоинства, в том числе и спад пассионарности. Революция проходит этапы восстания, террора, гражданской войны, стабилизации, интервенции, контрреволюции, реставрации и реакции, и в случае неудачи реакция отбрасывает страну еще дальше назад, чем она была до революции. После всплеска социальной активности наступила депрессия, когда большинство предпочитают смириться, искать ниши для индивидуального выживания и бежать из страны за рубеж, в Европу и Россию. Но даже в дружественной Польше насыщение дешевой украинской раб. силой привело к росту антиукраинских настроений. После избрания президентом аполитичного олигарха Порошенко, стало понятно, что страна основательно погрузилась в чужой сюжет.

А ведь какие были надежды. Украинская революция на Майдане была в какой то степени уникальным явлением. Внутренней интенцией Майдана, неосознанной и несформулированной, но основной, было не свержение антинародного режима, и не возврат к национальным корням, а обретение человеком свободы от посредничества в лице государства между человеком и жизнью. Информационные технологии позволяют вывести управление процессами, как производственными, так и административными на новый уровень простоты и эффективности. Ведь будущее производство при 6-м технологическом укладе будет управляться не «эффективными менеджерами», а умными программами, так же как рынки и институты будут без трейдеров и администраторов, но с прогами в гаджетах. Поэтому некоторые социальные эксперты называли киевский Майдан «революцией постиндустриальных программистов против индустриальных олигархов и гос. номенклатуры», поражение которой подтверждается тем, что сейчас мы вместо нескольких удобных скриптов в смартфонах, имеем все те же советские министерства и ведомства в Киеве.

Революция это следствие кризиса несоответствия между новыми производительными силами и старыми производственными отношениями. Элита и контрэлита воспитывается в одних школах и учится в одних университетах, и контрэлиту отличает от элиты лишь степень доступа к ресурсам и центрам принятия решений. Если кризис не зашел далеко и элита вменяема, то она реализует «правый проект» с опорой на правящий класс, проводит реформы в формате «революции сверху», и производственные отношения приводятся в соответствие с производительными силами. Если у страны нет средств для модернизации, то можно развязать «маленькую победоносную войну», чтобы ограбить побежденную сторону, как например Германия Бисмарка поступила с Францией после Франко-Прусской войны 1870 г., как Царская Россия хотела добыть средства за счет победы над Германией и Австро-Венгрией для модернизации перед 1МВ, и как США поступили с Британской империей после 2МВ. Или можно ограбить какую то часть своего собственного населения и сделать рабами в качестве раб. силы на стройках модернизации, как поступил Гитлер с немецкими евреями и Сталин с советскими крестьянами в 20 в.

Если «правый проект» не срабатывает по причине неадекватных элит, либо неблагоприятных условий и запущенности кризиса, то автоматически запускается «красный», левый проект «революции снизу», которую возглавляет контрэлита, с опорой на широкие народные массы. Гражданская война определяет судьбу страны, совершая отбор тех сил, за которыми историческое будущее, на чьей стороне исторический прогресс. Война Севера с Югом в США в 19 в. началась не за отмену рабства и освобождение чернокожих рабов, эта цель встала на повестке дня уже в разгаре гражданкой войны, когда вопрос вербовки афро-американцев в армию стал важным условием победы. Главной причиной была экономическая, вернее цивилизационный выбор прогрессивной экономической модели. Южные штаты с их плантаторским рабовладением имели ценовое преимущество в экспорте хлопка в Великобританию. При этом происходил отток экспортной выручки из страны, потому что южане, вместо того, чтобы покупать оборудование, инвентарь и машины у северных штатов, приобретали их в Англии, по более низкой цене и более высокого качества, и это было выгодно, потому что корабли с хлопком, после разгрузки в Англии, все равно возвращались домой пустыми, что снижало себестоимость транспортного плеча.

В этом отношении плантаторские рабовладельческие южные штаты при поддержке Англии выступали за «свободный рынок», тогда как промышленные и сельскохозяйственные северные штаты были заинтересованы в меркантилизме и таможенных барьерах. Именно это противоречие легло в основу гражданской войны в США, после которой победившая более прогрессивная сторона практически под ноль ограбила побежденную, то есть южан, и за счет этого провела модернизацию Америки. Америка всегда очень умело пользовалась возможностями революции, гражданской войны и международной войны для обогащения, модернизации и развития. От дня основания, и по сей день, как говорится «талант не пропьешь», поэтому в случае возникновения новой гражданской войны в США после избрания президентом Трампа, нет никаких сомнений, что США вновь проведут модернизацию до 6-го технологического уклада, за счет ограбленной стороны, в данном случае финансового домината. И даже, если Америка попытается и дальше экспортировать кризис и попытается выбросить свою внутреннюю социальную энтропию во внешний «холодильник», попробует решить свои внутренние проблемы за счет внешней войны, то ограничения ставшего узким глобального пространства неизбежно повернут события в обратный сценарий «красного проекта», то есть гражданской войны.

В Англии гражданская война 17 в. также носила характер исключительно разрешения противоречий между новыми производительными силами и старыми производственными отношениями в рамках «красного проекта», пусть она и выражалась внешне в виде политических ходов и религиозных столкновений. Лидеры английской революции почти все поголовно были представителя старой родовой аристократии, так же как и их противники, но отличались они тем, выражали интересы землевладельцев, которые использовали землю не по старой схеме для выращивания зерновых с целью экспорта в Голландию и Францию, а в качестве луговых угодий для выпаса стад овец, как важной сырьевой составляющей в цепочке растущей английской национальной текстильной промышленности. В итоге победившая английская революция стала победой колониальной промышленной Британской империи над феодальной аграрной Англией, с колониями, глобальными рынками сбыта, выносом рынка поставок зерна в Восточную Европу (Восточную Пруссию, Польшу и Россию, где под это дело местные правители провели «второе издание крепостного права»), и ограблением побежденной стороны для модернизации и строительства колониального флота. Гражданская война разрушает старый уклад и освобожает пространство для строительства нового за счет средств побежденной стороны.

Сейчас Украине после поражения революции Достоинства находится в фазе упадка и стагнации, реакции и отката. Вместо войны за новые смыслы, вместо войны за будущее, за прогресс, за время, внешний и внутренний враг революции слил революционную энергию нации в ложные каналы войны за территорию и старые иллюзорные смыслы национальных исторических мифов. Олигархи, вроде Коломойского с радостью профинансировали процесс канализации революционной активности участников Майдана в добровольческие батальоны, чтобы сжечь пассионарность в странном АТО, и заодно защитить свои активы, ведь они знали, что после затухания революции, реставрации и победы правой реакции, отобьют свои вложения сторицей. Коломойский не прогадал, а страна оказалась в состоянии отброшенной назад революции, с нереализованным ни «правым» ни «левым» проектом, с эмигрирующими за рубеж новыми производительными силами, фазовым откатом из промышленного уклада в аграрный, не интересная и не нужная никому, ни врагам, ни друзьям, ни союзникам, ни даже завоевателям. И даже перспектива воевать в странном АТО стала для большинства украинцев непопулярной.

Но «заметенные под ковер» кризисные противоречия всегда рано или поздно вырываются наружу с самыми разрушительными последствиями. Ни внешние условия, ни внутренняя интенция общественных процессов не оставляют Украине шансов выжить вообще, в любом качестве, без реализации целей революции программистов и модернизации производства до уровня 6-го промышленного уклада – автоматизированных производственных комплексов, интегрированных в единую производственную сеть с помощью компьютерных сетевых протоколов. В этом процессе не нужны «эффективные менеджеры», их можно выбросить, и не жалко, не нужна гос. номенклатура, ее можно заменить скриптами в смартфонах, производительной силой становится ученый, изобретатель, инженер, программист, дизайнер, психолог, священник и футурист, производитель смыслов и ценностей, целей и карт будущего. Ну а средства для модернизации не дадут никакие зарубежные, да и внутренние инвесторы. Они с радостью инвестируют в добычу янтаря, вырубку леса, поля подсолнечника, хедхантинг мозгов и рекрутинг рабочей силы, это легче, проще и доходнее. Или в проституцию, работорговлю и нелегальную трансплантологию, но только не в развитие Украины, им это не нужно.

Средства на модернизацию можно получить только за счет бесцеремонного, решительного и беспощадного, быстрого и безоговорочного ограбления правящего класса, всей псевдо-элиты, олигархии, номенклатуры и других напившихся крови врагов страны и народа, заработавших за короткое время колоссальные «статки» непосильным коррупционным и откровенно бандитским трудом. Для этого нужен взрыв пассионарности, который можно спровоцировать только гражданской войной. Ибо только гражданская война, если она действительно содержательная, способна стать мотором исторического развития, расчистить пространство от остатков старого мира для строительства нового, и ответить на вопрос, кто способен повести страну в будущее, как самая прогрессивная сила. Иначе этой страны просто не будет, и при неизбежности такого сценария говорить больше не о чем.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь