Домой Стратегия Мэри ДЖОЙС: Будущее сетевого активизма. Интернет-технологии в общественной жизни

Мэри ДЖОЙС: Будущее сетевого активизма. Интернет-технологии в общественной жизни

219

Дилемма тактического знания.

1В настоящее время сетевой активизм и политические кампании в Сети развивается благодаря распространению знаний – знаний лучшей тактики, знанию того, как лучше всего использовать коммуникационные технологии в общественной жизни.

В этой сфере уже есть свои эксперты, например, Иван Бут и Рэчел Хеп, есть организации типа «Тактикал Тикнолоджи Коллектив», обучающие специалистов, а недавно появился и фильм «10 тактик».

«Digi Active», организация, одной и создательниц которой я являюсь, также занимается выделением лучших тактических приемов и распространением знаний о них среди сетевых общественников и активистов.

Знания тактических приемов, однако, хотя они и очень важны, все же не могут решить всего. Каждая тактика применима только в определенных политических, экономических или социальных условиях. Прямое копирование тактических приемов мало что дает. Даже в одной и той же стране условия постоянно меняются от кампании к кампании. Например, в Египте 6 апреля 2008 удалось успешно собрать людей на забастовку через Интернет; спустя год этот же прием ничего не дал.

Это ставит нас перед двумя возможностями – идти по пути специализации или обобщения знаний.

Сила специализации – распространение знаний о точных деталях проведения успешных кампаний, о последних новшествах в этой сфере. Слабость этого подхода в том, что здесь все быстро меняется, и успешные приемы быстро устаревают.

Электронные петиции были успешным инструментом лоббирования в США только в конце 20-го века. Чрезмерное их использование и легкость принятия участия в них быстро снизили успешность этой тактики. «Фейсбук» и «Твиттер» сейчас очень популярны среди активистов; со временем они неизбежно станут менее эффективны. Если они даже и сохранять свою ценность для активистов, то неизбежно изменятся приемы работы с ними.

Второй возможностью является обобщение знаний. Это методология, описанная в фильме «10 тактик», типа «мобилизуйте людей», «смотрите и записывайте», «используйте коллективный разум».

В фильме применен смешанный подход – общие уроки проиллюстрированы конкретными примерами. Хотя общие выводы могут оставаться в силе, сами примеры успеха быстро устаревают всего за несколько месяцев.

Эта дилемма тактического знания становится непростой задачей для специалистов по проведению политических кампаний в Сети, и тех, кто распространяет знания о них.

Нужно ли обсуждать применение конкретных инструментов? Или нужно говорить лишь о наиболее общих подходах, оказавшихся наиболее успешными? Обе возможности имеют свои серьезные недостатки. Каков лучший путь к успеху?

Разрыв стратегического знания

Несмотря на все недостатки тактического знания, сетевым активистам приходится полагаться на него, поскольку своего стратегического знания они не имеют – оно еще не выработано. В этой сфере пока еще не существует набора аналитических инструментов, применимых в любой стране и в любых условиях.

Лучшее, что мы можем сделать, это воспользоваться знаниями до-сетевой эпохи, и применить его сейчас. Но тут встают другие вопросы, – в какой сфере следует «копать»? Их несколько. Это сфера общественных отношений (пиар), в которой есть знания по стратегии коммуникаций, брэндингу, распространению мессиджей. Здесь были созданы стратегии по организации сообществ, причем с использованием социальных сетей, выявлению союзников и противников, а также по управлению с использованием деволюции власти (то есть передаче ее из центра на места).

Немало знаний накоплено и в сфере гражданских акций ненасильственного сопротивления, например, как расшатать авторитарный режим. Специалисты в области СМИ и коммуникаций знают о том, как распространение нужной информации может повлиять на общество, изменив его представления и отношение к властям.

Все эти сферы знания имеют место для цифровых технологий, хотя напрямую и не применимы. Массовую коммуникацию они представляют только через одностороннее вещание. Это было применимо в эру телевидения, радио, газет и стационарных телефонов; в нашу эпоху цифровых глобальных сетей все стало иначе. Структура активизма изменилась, хотя прежние стратегические активити все еще важны.

Насколько важен этот пробел, разрыв в стратегических знаниях? Некоторые считают, что стратегические знания для сетевых активистов не нужны вовсе, поскольку это всего лишь продолжение тактики – вопрос не качества, а количества.

Однако, если радикальные изменения в сфере коммуникаций все же что-то значат, значит, нехватку стратегического знания нужно как-то восполнять. Не имея таких знаний, нам придется работать методом проб и ошибок. Многие активисты просто используют старые методы – марши протеста организуются через социальные сети (а не через тайные встречи, как раньше), вместо массового отправления писем, которыми «бомбят» тот или иной орган власти, используют отправление писем по е-mail.

Поскольку глубоких знаний о потенциале цифровых технологий не хватает, то не хватает и примеров их успешного использования. Иногда активисты добиваются успеха, иногда нет, и побеждают корпорации, правительства и мощные группы интересов. В данный момент скептиков трудно переубедить. Только имея лучшие знания, мы можем выстроить стратегию поведения и сделать проведение компаний в Сети и сетевой активизм более успешными, реализовав имеющийся потенциал.

Как наработать стратегические знания, необходимые для сетевых активистов?

Мы уже говорили о нехватке базовых знаний, необходимых для всех, кто занимается общественной деятельностью в Сети. Все прежние знания, накопленные в разных сферах, могут быть полезны, но все же, нам необходимы и знания в сфере самого сетевого активизма, общественной деятельности в Интернете. Иначе трудно надеяться на какие-то выдающиеся результаты.

Как получить это стратегическое знание? Это слишком трудная задача для одного ученого, одной организации или одного, пуcть даже и крупного, проекта. Эта задача, решать которую можно только объединенными усилиями массы людей (в оригинале употребляется термин «крауд-сорсинг» — А.М.), лучших ученых, мыслителей, специалистов. Здесь необходим дотошный анализ и сравнимость результатов. А пока что исследования в этой сфере ведутся довольно беспорядочно, да и результаты трудно сравнивать, из-за чего трудно оценить и их ценность.

Но это еще только часть проблемы. Необходимы кадры и интернет-ресурсы, без которых такие знания не получить, то есть нужна инфраструктура получения стратегического знания. Эта инфраструктура должна связать между собой лидеров и специалистов с практиками, с теми, кто работает «в полях». Она должна связать всех, кто работает в этой сфере – представителей общественных организаций, корпоративного сектора, академической науки, а также властей.

Кроме того, еще не наработана общая терминология, чтобы, скажем, сторонники либеральной теологии, и активисты сетевой самоорганизации могли найти общий язык и общие интересы.

Для ученых необходим общий стандарт сбора данных, чтобы можно было сравнивать результаты, и было легче выявлять тенденции. Пригодится она и правительствам, поскольку позволит легче оценивать результаты своих внешнеполитических усилий и направлять их в наиболее выгодные направления. В целом, это амбициозный и сложный проект, хотя и вполне возможный.

Видение будущего

Возможно, лучшим мотивом для создания такой стратегии будет видение будущего – видение полной реализации сетевым сектором своего потенциала — тесной взаимосвязи граждан всей планеты, способных менять мир.

Такая новая «энергосистема» возможна – она и есть мы. В отличие от традиционных электрических сетей, где электроэнергия создается в центре, куда и направляются финансовые потоки, новая человеческая энергосистема будет иметь множество центров генерации и почти бесчисленное количество интерфейсов.

Новая энергосистема будет децентрализованной сетью граждан, каждый из которых способен производить и потреблять информацию, взаимодействовать со СМИ, принимать участие в акциях. В такой сети термин «потребитель» больше не будет применим. Правда, организатора акции можно будет назвать «продюсером» или производителем. Акция – это ее участники. Инфраструктурой этой новой сети будут кабели и компьютеры, серверы и мобильные телефоны.

Bся эта инфраструктура, состоящая из различных приложений, технологий и социальных сетей, связывающая нас друг с другом все быстрее, становится и все сложнее. Что делать со всем этим? Что, если благодаря информации о гражданах и контролю над этими сетями власть начнет концентрироваться в центре – этом традиционном месте всякой власти? Изменятся ли центры власти – или не изменятся вовсе?

Центральная власть, будь это правительство или корпорации, всегда работала благодаря иерархии людей в этих учреждениях. Власть учреждений возникает благодаря отлаженной работе сотрудников этих структур. Это требует мощных инвестиций капитала – солдатам или бюрократам, всем нужно платить.

Традиционные учреждения это весьма дорогие институты, поскольку они вынуждены использовать внешние мотиваторы, такие как страх и деньги, чтобы обеспечить надежную работу персонала. Сетевые кампании, напротив, объединяют людей с радикально меньшим уровнем ресурсов, апеллируя к идеализму своих сторонников, то есть к свободной, к внутренней мотивации.

Когда вместо того, чтобы искать высоких заработков за полный рабочий день люди обращаются к небольшим и не требующим больших затрат времени, возникает то, что гарвардский профессор Й.Беклер в своей книге «Богатство сетей» назвал новыми институтами.

Сегодня множество всевозможных организаций демонстрируют свою способность сотрудничать по отдельным проектам, проводя «всемирные дни действия», например, но они редко создают постоянно действующие, надежные учреждения, которые бы дали им реальную власть.

Это одна из причин того, почему так важно добывать стратегические знания. Общественную деятельность в Сети можно и нужно улучшать. Сегодня мы видим марши, однако завтра можем увидеть альтернативные политические структуры. Создание и обеспечение деятельности альтернативных политических структур выглядит очень трудным делом. Что мы, как активисты (или потенциальные активисты) можем сделать для того, чтобы приблизить их создание?

Мне бы хотелось ответить на эти вопросы, рассказав историю, услышанную от одной знакомой, профессионального футуролога.

Раньше я довольно скептически относилась к ее работе. «Как можно предсказывать будущее?»,- спрашивала я. «А я его и не предсказываю», отвечала она, «я всего лишь помогаю своим клиентам его создавать».

«То есть как это?»

«Хорошо, представим себе, что футуролог установил, что через пять лет будет очень популярным голубой цвет. Этого футуролога наняла транснациональная компания, потому что у нее куча денег, и она может себе это позволить».

«Ну и что?», не унималась я.

«А вот что – эта корпорация разрабатывает, а затем и производит, продукты голубого цвета: машины, тостеры, майки, лаки для ногтей. И вот, уже очень скоро, вокруг тебя все становится голубым. Это будущее не случилось само по себе, оно было создано».

В новом цифровом мире, где у людей появляется масса способностей учиться, общаться и сотрудничать друг с другом, у нас появляется и все больше возможностей для создания лучшего будущего цифрового активизма, всей сетевой общественной деятельности. И я уверена, что это будущее мы можем построить, а этот мир – изменить к лучшему.

Перевод А.Маклакова.

Источник: https://www.opensocietyfoundations.org/publications/digital-activism-decoded-new-mechanics-change

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь