додому Соціум УКРАИНА ПОСЛЕ ВОЙНЫ

УКРАИНА ПОСЛЕ ВОЙНЫ

331

Тезисы выступления Юрия Чудновского на семинаре «Трансформация Украины» (Стокгольм, 21-22 марта 2023г.)

Представление

Здесь я представляю Foundation For Future — FFF.

FFF — это независимая интеллектуальная платформа, на которой осуществляются фундаментальные исследования и прикладные разработки, ориентированные в Будущее. FFF существует более 10-ти лет. В портфеле разработок FFF проекты преобразований для Украины (от Новой Конституции для Украины, до конкретных законов и моделей), принципиально новая образовательная модель (Персоналитет), принципиально новая модель заботы о Здоровье (проект «Салюс») и многие другие. FFF на протяжении пяти лет ведёт цикл образовательных программ на самом рейтинговом Ю-туб канале «Укрлайф».

В этом выступлении больше вопросов, чем ответов. 

Эти вопросы возникают при взгляде в Будущее Украины. Как Украина видит свое Будущее? Как Мир видит Будущее Украины? Как Мир видит свое Будущее? Существует ли общее видение Будущего Мира или есть разные видения? Как соотносятся все эти видения?

Я (мы) многократно поднимали эти и многие другие вопросы в публичных выступлениях — в статьях, блогах, тематических циклах на различных медиа-платформах. Мы предлагали и предлагаем свои варианты решений. 

Сейчас я буду говорить только об одной группе вопросов, связанных с пространственной организацией послевоенной Украины.

Модель пространственного развития

Война обострила проблемы интеллектуального обеспечения управления страной. Мы уверены в победе Украины, но что будет после победы? Мы хотим вернуться в довоенное прошлое? В принципе, можно ли вернуть прошлый довоенный Мир? Или мы намерены сделать шаг в Будущее?

И какое будущее мы хотим построить? Это не абстрактный, а вполне конкретный вопрос. Особенно, учитывая те чудовищные разрушения, которые стали результатом российской агрессии. Теперь перед страной стоят острые вопросы: что делать с разрушенными городами, индустриальными гигантами и логистической, энергетической и другими видами инфраструктур?

Восстанавливать? Строить новые? Где? На какой технологической базе? На какой концептуальной основе? Как преодолеть новые вызовы в отношениях с природой? 

Сейчас много говорится о некоем Плане Маршалла для Украины. О плане восстановления. Восстановления или преобразования? Это должен быть план или стратегия? 

Главная мысль всего моего выступления: без стратегического взгляда в Будущее Украины и Мира, Будущее не наступит.

Немного истории. В 1915 году в Российской империи была организована Комиссия по изучению естественных производительных силам — КЕПС. Ее возглавил выдающийся мыслитель украинского происхождения Владимир Вернадский. 

Разработки КЕПС легли в основу Программы индустриализации и электрификации России (позднее — СССР). Концептуальные основания заложенные в советские программы без изменений стали фундаментом Генеральной схемы расселения СССР и всех ее вариантов обновления. Естественно, что эта схема непосредственно касалась и территории сегодняшней Украины. В 1991 году Украины обрела независимость. Но пространственная организация независимой Украины осталась той-же — это фрагмент единой схемы расселения СССР. 

Российская агрессия окончательно закрыла саму идею ориентации пространственной организации Украины на Восток — на Россию. Украина чётко обозначила свой западный вектор. 

Но что это значит с точки зрения пространственной организации? 

Параллельно возникает вопрос о концептуальной основе новой пространственной организации. КЕПС заложил концептуальные основы индустриального этапа. А каковы концептуальные основы пост-индустриального этапа?

Индустриальная организация двигала все ресурсы к источникам полезных ископаемых и энергии. Интересно отметить, что для индустриальной идеологии люди — это такой же ресурс, как и любые другие. Поэтому в Советском названии схемы есть слово «расселение» — людей расселяли по территории страны в соответствии с планами партии.

А что образует каркас пост-индустриальной организации? Логистическое удобство? Образовательные узлы? Возможности самореализации для людей? Все это и что-то еще?

Такая общая постановка вопросов о Будущем Украины должна быть дополнена описанием конкретных проблемных узлов.

Проблемные узлы

Военная безопасность

Безусловно, выход из войны даст возможность переосмыслить пространственную организацию обеспечения безопасности в Украине. Здесь потребуется переосмысление опыта войны военными специалистами. Это касается военного производства, военной логистики, размещения военных баз, складов, полигонов и других военных объектов. Пока эта работа только в перспективе.

Города

Отдельная группа вопросов о будущем городов и населенных мест. Некоторые из них просто стерты с лица Земли, другие имеют критические или значительные разрушения. С подачи ведущего научного сотрудника Национального института стратегических исследований при Президенте Украины — Ольги Михайловой в украинском дискурсе появился термин «урбицид».

Вследствие российской агрессии изменилось позиционирование городов. Города, близко расположенные к границе с РФ, стали фронтирными городами, что вводит дополнительные требования к организации жизни в них.

Пространственные координаты прифронтовых городов не изменились. Но теперь требуется переосмысление их функционального позиционирования. Наиболее близкий для меня пример — Харьков. Хотя в подобной ситуации оказались и другие украинские мегаполисы — Днепр, Одесса, Николаев и другие.

Харьков был крупнейшим индустриальным, образовательным, научным центром и торгово-логистическим хабом на границе Украины и России. Теперь такое его географическое положение требует принципиально иных решений — теперь Харьков превращается в фронтир на границе с врагом. Украина многократно заявляла, что не собирается захватывать российские территории, а значит фронтирное положение города надолго. Это положение в обозримом Будущем будет определять организацию городской жизни. Что это значит для города? Понятно, что необходимо укреплять безопасность города.

А что близость врага значит для индустриального комплекса? Осмысленно ли размещение индустрии, в том числе предприятий оборонного комплекса, в непосредственной близости к границе с агрессором? Как должны быть организована инженерная инфраструктура в фронтирном городе? Что это значит для науки и образования? Для организации жилой среды? Да и просто: чем город будет зарабатывать?

Сейчас власти, в том числе и муниципальные сосредоточены на решении военных проблем — постоянные ракетные обстрелы, десятки убитых и раненных, разрушения жилья и инженерной инфоаструктуры…

Но, серьезный и профессиональный, точнее — межпрофессиональный разговор о Будущем — необходимо начинать уже сейчас. Причем, это не только межпрофессиональный разговор, но и разговор власти, общества и бизнеса. К сожалению, и Харькове, и в других городах нет ни опыта, ни традиции такого сложного диалога. 

Я имею возможность наблюдать и, отчасти, участвовать в реализации Харьковской общественной инициативы Открытый институт Харькова. Это попытка организовать общественное обсуждение Будущего Харькова в драматическое время войны, обстрелов, отключения электричества, остановок транспорта и других бед, вызванных войной. Но, тем не менее, харьковчане думают о Будущем своего города.

Параллельно разворачивается инициатива всемирно известного архитектора Нормана Фостера по разработке нового мастер-плана Харькова. Заявила о своем существовании еще одна проектно-исследовательская группа «Другой путь», которая также готовит свое видение Будущего Харькова. Пока эти инициативы практически не взаимодействуют между собой. Но, будем надеяться, что связь будет налажена.

К сожалению, мне не известно о подобных движениях в других мегаполисах. Хотя, проблемы их будущего стоят не менее остро.

Это то, что касается частично разрушенных городов. Но в результате агрессии многие города, поселки, села были полностью или практически полностью уничтожены.

Весь мир знает о трагедии Мариуполя. Как быть с Мариуполем? Как быть с Бахмутом, Вугледаром и другими разрушенными городами? 

Предполагаем ли мы строить новые города? Где, какие, на какой правовой основе? За годы независимости в Украине не было создано ни одного нового города. Хотя попытки в этом направлении предпринимались. Перед кризисом 2008 года украинский бизнес вплотную подошел к идее строительства новых городов. Но глобальный кризис и правовые проблемы не позволили осуществить эти проекты.

Здесь речь шла о городах. Но особый проблемный комплекс составляют оккупированные с 2014 регионы. Их послевоенная судьба до сих пор не обсуждалась. Но теперь откладывать решение проблем этих регионов уже невозможно.

Изменение климата

Война не отменила, но отчасти заслонила проблемы изменения климата. Это также проблема стратегического характера. Глобальное потепление уже вызывает смещение климатических зон и обостряет проблему водного дефицита в Украине. Сегодняшние стратегические пространственные решения должны учитывать эти, как утверждают ученые, уже необратимые процессы. Стратегия пространственного развития должна представлять механизмы адаптации к неизбежным изменениям.

Энергетический комплекс

Отдельную группу проблем составляет энергетика. Стратегия пространственного развития должна опираться на ясную энергетическую концепцию.

Мы будем опираться на ядерную энергетику и маневрировать с помощью гидро и теплогенерации? Это одна пространственная концепция.

Или на возобновляемые источники энергии? Другая модель.

На локализованную или распределенную генерацию?

Возможно украинские власти знают ответы на эти вопросы. Но мне как гражданину Украины они не известны. В средине февраля 2023 года в украинских новостных лентах появилось сообщение о разработке в правительстве Украины принципиальной новой схеме энергообеспечения. Но развития эта тема в медиапространстве не получила.

События в сфере градостроительства.

Еще одним проблемным узлом сейчас стали драматические события в области правового регулирования градостроительной деятельности. Речь идет о принятии Верховной Радой закона №5655 «Про реформирование сферы градостроительной деятельности» и некоторых институциональных изменениях в этой области. Закон принят украинским Парламентом, но еще не подписан Президентом Украины.

Проблема заключается в попытке резкого расширения прав государственных органов и застройщиков и обеспечения их доминирования в градостроительном процессе в ущерб правам муниципальных властей, профессиональных сообществ и общественности. Свое категорическое несогласие с этим Законом выразила Ассоциация городов Украины, Национальный союз архитекторов Украины, многие общественные организации антикоррупционной направленности.

В 2016 мы совместно с Национальным союзом архитекторов Украины разработали Концепцию нормативно-правового регулирования архитектурно-урбанистической сферы в Украине.

Концепция базировалась на согласованных заинтересованными сторонами балансе интересов и прав всех участников урбанистического процесса на всех этапах жизненного цикла проектов и программ. Концепция вводила жесткую процедурную регламентацию отношений участников процесса, а также вводила в качестве неустранимого элемента механизмы стратегирования.

Концепция была поддержана другими (смежными) профессиональными сообществами, общественными антикоррупционными организациями и Министерством региональной политики Украины.

В 2017 году был подписан Меморандум о сотрудничестве по разработке на базе этой Концепции пакета нормативно-правовых актов. К сожалению, при неоднократной смене руководства Министерства и при отсутствии преемственности в деятельности Министерства эта работа не была доведена до логического завершения.

Верховная Рада в начале февраля 2021 года приняла в первом чтении закон, в соответствии с которым должна была быть разработана новая Генеральная схема планирования территории Украины. Необходимость такой схемы была понятна власти ещё за год до войны. Правда до второго чтения и утверждения этого закона дело не дошло.

А если бы дошло, то мы получили бы очередной безосновательный документ, который разрабатывался бы на основе действующего законодательства. «Безосновательный», поскольку единственно возможным основанием для такой схемы может быть ясное видение стратегии страны. Которой не было ни год, ни десять, ни двадцать лет назад. Нет и сейчас.

В связи с этим возникает еще ряд вопросов. Кто и как должен (может) сделать такую стратегию? На каких концептуальных основаниях она должна (может) строиться? Каковы роли иностранных партнеров Украины, международных экспертов, украинской власти, общества, бизнеса, элиты в принятии такой стратегии? Можно ли опираться на действующее законодательство при разработке национальной стратегии или законодательство и институциональную инфраструктуру публичного управления нужно делать такими, чтобы они обеспечивали реализацию стратегии?

Какие новации мы предлагаем для украинской модели пространственного развития?

Украинская практика разработки планировочных схем привязана к конституционно закрепленному административному делению и не использует давно практикуемые на Западе программные и договорные инструменты. Речь идёт о целевых программах, имеющих пространственную привязку.

Например, важнейшей для Украины и Европы является программа оздоровления Днепра. Такая программа не может быть привязана к административному делению. Она должна иметь собственную логику и организацию. Хотя и должна разворачиваться во взаимодействии с административными органами и властными институциями. Более того, она должна быть вписана в европейский контекст. 

Не менее важна программа преобразования восточного региона Украины. Об огромном количестве проблем этих территорий можно сделать отдельных фундаментальный доклад. Примеры таких программ можно продолжать. Но смысл понятен — такие программы должны строиться на базе международного публично-приватного партнерства и иметь собственную организацию и управление.

Сегодня территориальная организация в Украине базируется на административном подходе. Законодательство регулирует отношения только административных единиц — областей, районов, городов, поселков и сел, представленных в законодательстве как территориальные громады. Но нет практически ничего об программах и проектах, как особого рода территориальных организованностях. Здесь есть большое поле для работы. 

Мы предлагаем ввести в правовое поле Украины понятие программный регион, как ареал реализации программ. Причем такие программы и их регионы должны получить законодательно закрепленный статус. Это не является новацией для мировой практики, но для Украины это могло бы стать серьезным прорывом в направлении продвижения к современным методам управления территориальным развитием.

Другой, связанной с предыдущей формой могли бы стать ареалы международного партнерства в области безопасности, экологии, энергетики, здоровья и т.п. очевидный пример — энергетическое партнёрство.

Война и события вокруг ЗАЭС в очередной раз актуализировали вопрос об атомной безопасности и роли международного сообщества в ее обеспечении. То же касается необходимости международного участия в предотвращении экологической катастрофы мирового значения из-за необеспеченной остановки работы шахт в донецкой и Луганской областях.

Здесь нужны международные договоренности о принципах и условия преодоления катастрофических проблем. И соответствующие пространственные решения.

Правовое регулирование Возрождения разрушенных городов и создания новых городов

На наш взгляд, принципиальный вопрос здесь звучит так: Можно ли обеспечить Будущее городов на единой правовой основе? Или для каждого случая нужны разные решения?

В 2001 году был принят Закон о государственном правовом эксперименте по развитию местного самоуправления в городе Ирпень, поселках Буча, Ворзель, Гостомель, Коцюбинское Киевской области. Непосредственное участие в подготовке этого эксперимента принимало шведское агентство SIDA. С моей точки зрения, это важный прецедент, открывающий возможность для разных параллельно идущих экспериментов в разных городах. Безусловно, это очень сложно в административном отношении. Но путь экспериментов дает возможность найти лучшие решения не только для отдельных городов, но и для местного самоуправления в целом.

Новые пространственные мега-структуры для Будущего Украины

Много лет длятся разговоры о Балто-Черноморском коридоре. Известно и о других крупных логистических замыслах. Например, Черноморско-Каспийском канале-коридоре. Мы хотим это сделать? Мы готовы дать ему место в наших моделях, схемах и планах? И, как это повлияет на всю пространственную организацию Украины?

Параллелизм

Общеизвестным является факт разной ширины колей железных дорог в Европе и постсоветских странах. Четкая западная стратегическая ориентация Украины возвращает внимание к этой старой проблеме. Упомянутая выше идея Балто-Черноморского транспортного коридора или даже просто расширение логистической связности Украины и Европы также актуализируют эту проблему.

Наше отношение к этому следующее: нужно развивать параллельную железнодорожную сеть. Это сложно и дорого. Но, это возможно. В Украине действует закон о частно-государственном партнерстве. При всех его недостатках, бизнес видит перспективу такого партнерства. В частности, в отношении концессий.

Это уже позволило начать разработку проектов платных автомобильных дорог. И это может дать возможность развивать параллельную железнодорожную инфраструктуру. И здесь опять мы упираемся в отсутствие стратегического видения перспектив территориального развития.

Но, я хочу обратить ваше внимание на параллелизм, как на принцип Возрождения Украины. Мы не можем просто отказаться от своего прошлого. То, что может работать, должно работать. Поэтому нужен динамический баланс между новациями и работающими системами. Новое должно развиваться рядом и параллельно с тем, что может быть восстановлено и может работать. Рядом с существующими городами должны создаваться новые; рядом и в дополнение с существующей инфраструктурой должна развиваться новая; рядом со старым индустриальным комплексом должен создаваться и развиваться новый. И всему этому должно быть найдено место в модели пространственного развития Украины.

Публично-приватное партнерство и инвестиционный климат

Украинским властям придется коренным образом менять свои отношения с бизнесом и капиталом. Общеизвестной является проблема украинской коррупции. Но проблема еще и в том, что власть умеет только требовать от бизнеса. Договариваться с бизнесом, создавать стимулы для взаимодействия, строить партнерские отношения во благо общества украинская власть не умеет.

Здесь опять речь идет о стратегической задаче налаживания общественного диалога о Будущем. Прямые иностранные инвестиции ничтожно малы. А без них, только на безвозвратной помощи иностранных партнеров, решить проблемы послевоенной Украины просто невозможно. Будущее Украины можно построить только на основе публично-приватного партнерства и благоприятного инвестиционного климата. 

Но и в этом вопросе большую роль играет четкое стратегическое видение перспектив пространственного развития, которое должно дать бизнесу и капиталу ясное понимание приоритетов и намерений Украины в отношении тех или иных территорий.

Важный вопрос о роли государств-партнеров Украины и международных экспертов. Если вынести за скобки беспрецедентную военную помощь Украине, то, обычно, эта роль сводилась к обучению разных страт украинского общества — власти, бизнеса, муниципальных и общественных деятелей. За все это огромная благодарность нашим партнерам.

Но теперь ситуация принципиально иная — нужно совместно сделать шаг в неведомое Будущее, по отношению к которому все находятся в равном положении — нет ни учителей, ни учеников. Безусловно, мировой опыт важен. Его нужно изучать и знать. Его необходимо использовать, создавая модели Будущего. Но только использовать для выработки новых решений, а не копировать.

Двигаясь к заключению, нельзя не упомянуть еще одну группу вопросов.

Это вопросы методологического характера: в каких форматах могут (должны) фиксироваться стратегические решения — в законах? в схемах планирования? Или, возможно, в моделях, на которых можно оценивать различные процессы и сценарии разворачивания общей стратегии? 

Безусловно, этот краткий очерк не исчерпывает перечень проблем послевоенного Возрождения Украины. Как я уже говорил, цель этого выступления — привлечение внимания к важности стратегирования для Будущего Украины.

Мы готовы не только задавать вопросы, но и предлагать свои решения. 

Мы предлагаем свой ответ в отношении методологии процесса:

  • все начинается со стратегического видения (которому, безусловно, предшествуют концептуальные разработки), дающего взаимосвязанные ответы на вопросы о перспективах общественного развития, роли в нем (общественном развитии) власти, бизнеса, общества, элиты (об элите и ее образовании — отдельный разговор); о принципиальных решениях, стратегических ориентирах и ставках в областях экономики, отношений с природой, обеспечения безопасности, энергетики, развитии индустрии и технологий,…
  • Основным генератором стратегического видения должна стать украинская элита при участии в этом процессе всех заинтересованных сторон (украинских власти, общества, бизнеса, международных экспертов и политиков). Согласование стратегии — дело общества. Дело власти — реализация согласованной стратегии.
  • Базовым форматом закрепления стратегических решений должна стать модель пространственного (полипространственного) развития, проявляющая связность множественных процессов преобразования — социальных, экономических, правовых, организационных, экологических, демографических и других.

Мы предлагаем:

  • Создать международную экспертную коммуникационную платформу для обсуждения Будущего на всех горизонтах — от концептуальных основ до конкретных решений; понятно, что мы предлагаем одной из локаций такой платформы сделать Украину.
  • Развернуть в Украине программу разработки перспективной модели пространственного развития Украины с участием украинских и международных экспертов, представителей власти, заинтересованных бизнесменов, общественных деятелей.
  • Создать в Украине международный образовательно-исследовательский центр фундаментальных и прикладных разработок для Будущего Украины и Мира.

Мы имеем опыт подобных разработок в закрытых и открытых для участия всех заинтересованных лиц и сторон форматах.

Юрий ЧУДНОВСКИЙ, Foundation For Future — FFF

джерело 

НАПИСАТИ ВІДПОВІДЬ

введіть свій коментар!
введіть тут своє ім'я