Главная Экономика Бой с тенью

Бой с тенью

350

Киев. 27 мая 2015 года (МинПром, Максим ПОЛЕВОЙ). Декларируя борьбу с теневой экономикой, Кабинет министров своими действиями лишь стимулирует ее рост. Для реального же сокращения теневого сектора нужны системные и решительные реформы с учетом объективных интересов бизнеса и граждан, а не только государственных органов.

Минэкономразвития обнародовало обзор тенденций теневой экономики Украины за 2014 год, согласно которому за отчетный период данный сектор вырос на 7 процентных пунктов – до 42% ВВП. Это – рекордный уровень с 2007 года. В числе стимулирующих тень факторов называются военный конфликт на территории страны, экономическая дестабилизация (включая ценовые и курсовые шоки, резкий рост затрат производства), увеличение административного давления и панических настроений в бизнес-среде. Для сравнения: в 1990 годах теневая экономика в Украине превышала 60% ВВП.

В Топ-5 наиболее тенизированных секторов экономики вошли добывающая и перерабатывающая промышленность, операции с недвижимостью, транспорт и торговля. Также отмечается, что доля теневой экономики более чем в 40% характерна для Латинской Америки и Африки.

Имитация борьбы

Последний из тезисов звучит достаточно самокритично в устах одного из ключевых министерств. Также обратим внимание, что в число самых тенизированных секторов вошли основные экономические сферы, включая всю промышленность. Действительно, эксперты согласны с МЭРТ, что в 2014-2015 годах тенизация в стране только усиливается из-за общей дестабилизации всех областей жизни, обвала доверия к госинститутам, роста возможностей для различных манипуляций и махинаций, в том числе со стороны государства. В частности, это выражается в усилении фискального давления на бизнес и граждан. «Хотя прежняя власть была далеко не идеальной, но при ней были реальные усилия по оптимизации налоговой системы и налоговой службы, по упрощению жизни предпринимателей. Теперь же мало того, что у бизнеса начали резко падать доходы, так их еще заставляют переплачивать налоги и сборы, платить авансом столько, сколько не было никогда. Мотивация Кабмина ясна, он закрывает дыры в бюджете, но ведь так окончательно добивается экономика», – сетует президент Украинского аналитического центра Александр Охрименко.

Вспомним и недавнее отключение от автоматического возмещения НДС целого ряда крупных промпредприятий, что в современных реалиях способно спровоцировать их остановку (см. «Экспертный совет: Болевая точка украинской металлургии«). Или введение дополнительных сборов при купле-продаже инвалюты, которые мгновенно оживили валютный черный рынок и которые теперь правительство вынуждено отменять. В этом же контексте можно вспомнить дополнительный импортный сбор в 5-10% и повышение ренты за пользование недрами.

В этой связи напомним, что возможности экономической детенизации рассматриваются в Украине далеко не первый год. В последние несколько лет, в том числе на достаточно высоком уровне, выдвигались инициативы не только по борьбе с серыми зарплатами как одним из главных элементов тени, но и по легализации теневых капиталов. Так, весной-2012 руководство СНБО предложило вернуться к этой идее на основе уплаты 5% от легализуемых сумм (к слову, в 2011 независимые аналитики констатировали падение теневой экономики до 30-35% ВВП). В этом же смысле можно рассматривать инициированное в 2012-2013 усиление контроля над трансфертным ценообразованием.

В последний год Киев также декларирует необходимость решительной борьбы с тенью. Так, летом-2014 тогдашний глава ГФС Игорь Билоус заявил: одной из основных целей налоговой реформы является детенизация кнутом и пряником, то есть не только санкциями против нарушителей, но и стимулами для легальной работы. В качестве пряников предлагалось сокращение ставки единого соцвзноса (ЕСВ), прогрессивная шкала подоходного налога с физлиц (ПДФЛ), переход на электронное администрирование НДС плюс тот самый налоговый компромисс, который запущен в этом году и, по официальным данным, принес государству 794 млн грн. от 6152 налогоплательщиков. Что касается налоговых ставок, то перед Новым годом Верховная Рада снизила ЕСВ, а планка НДФЛ для богатых (с ежемесячным доходом более 10 минимальных зарплат), напротив, повышена с 17% до 20%.

Но в любом случае со всеми этими новациями у плательщиков возникают серьезные проблемы в оформлении, отчетности и пр., говорят специалисты, поэтому позитивный эффект меньше ожидаемого. Главная причина – ориентация фискальной системы на максимальные сборы без учета интересов плательщиков, например, рисков, возникающих у предпринимателей из-за действий налоговиков. Подобный подход ведет не к уменьшению, а, наоборот, к росту теневого сектора. При сохранении ГФС существующих методов работы любые конструктивные инициативы обречены на провал и не дадут ничего, кроме усиления фискальной нагрузки, уверен эксперт по экономической политике Виталий Кулик. По его словам, вводимые и предлагаемые новшества рано или поздно упираются в коррупционные схемы, которые продуцирует ГФС, и в нежелание бизнеса сотрудничать с государством, которое игнорирует закрепленный Налоговым кодексом принцип стабильности, постоянно меняя профильное законодательство.

Реальные задачи

Что же, кроме кардинальной антикоррупционной реформы в госорганах и настоящих (а не липовых) фискальных преобразований, можно сделать для ослабления роли теневого сектора? Это, конечно же, реальная системная дерегуляция бизнеса, направленная на превращение разрешительных процедур в коррупционном поле в сервисную формальность. Здесь Кабмин также прилагает показательные усилия, которые, впрочем, экономисты называют поверхностными и популистскими (см. «Реформа понарошку«). Кроме того, необходима объективность и эффективность судопроизводства, что позволит предпринимателям и гражданам действенно защищать свои интересы, в том числе перед государством. Пока же результаты дел зависят от того, кто главнее и кто больше заплатил.

В то же время надо понимать, что теневая экономика в Украине, как и сама коррупция, уходит корнями в новейшую историю страны. А это – разруха 1990 годов, притом случившаяся по итогам конвертации накопленного во время СССР партийно-хозяйственного капитала его владельцами в коммерческий и властный ресурс. Иными словами, основы системных негативов отечественной современности лежат в далеко не идеальной советской системе, где, к слову, также существовала теневая экономика. Состоянием на 1988 год теневой экономический сектор Советского Союза оценивался в 20% ВВП, или до 100 млрд руб. Правда, тогда к полулегальной относилась почти вся частная коммерческая деятельность, обмен валют и т.п. С другой стороны, незаконное производство и продажа различных товаров, как и вненалоговая оплата труда, были широко распространены уже тогда. Это говорит о том, что такие явления не могут быть побеждены слишком быстро и просто. Так, И.Билоус в прошлом году признавал, что процесс реальной детенизации может занять лет 10, никаких иллюзий по этому поводу нет.

Наряду с этим следует понимать, что различная степень тени присутствует и во всех развитых странах, хоть и не имеет таких одиозных проявлений, как в Украине. Масштабы проблемы на Западе сдерживаются эффективной контрольно-санкционной системой (с которой трудно договориться) и вместе с тем высоким уровнем самодисциплины плательщиков, то есть их платежной культурой. Однако и там мировой кризис-2008 привел к перетеканию деловой активности в теневую сферу. В Швейцарии она сегодня составляет около 8%, во Франции – 11%, в Германии – 14%. А вот в странах Центральной и Восточной Европы постсоциалистическое наследие, как и у нас, удерживает тень на уровне от 20% до 40%, притом максимальный процент приходится на государства, позже других приступившие к коренным экономическим реформам (Румыния, Болгария). Большинство экспертов в настоящее время сходятся на том, что при всех своих негативах теневая экономика позволяет сглаживать последствия масштабных кризисов как для населения, так и для бизнеса.

Тем не менее в украинской действительности сужение теневого сектора является актуальной задачей и останется таковой еще долгие годы. Но для успешной легализации бизнесов и капиталов нужны реальные реформы, охватывающие все базовые сферы социально-экономической жизни, подчеркивает В.Кулик. Пока же изменения разрозненны и часто являются не более чем пиар-акциями чиновников. «Не стоит бояться решительных действий по борьбе с произволом налоговиков, с коррупцией, с бюрократией. Пострадать при этом могут только заевшиеся чиновники, валютные спекулянты и прочие слои, привыкшие паразитировать на государстве. К сожалению, сейчас такие действия предпринимаются разве что в форме отдельных слабых попыток», – заключает он.