Домой Топ Новости БЕЗАЛЬТЕРНАТИВНОСЬ КАК ПРИГОВОР

БЕЗАЛЬТЕРНАТИВНОСЬ КАК ПРИГОВОР

89

Виталий КУЛИК, Мария КУЧЕРЕНКО, Центр исследований проблем гражданского общества

Визит Курта Волкера в Украину не открыл ничего нового о ситуации на востоке страны тем, кто (используя журналистский штамп) не «устал от войны», зато наглядно продемонстрировал  глубину пропасти между привычками отечественных медиа, экспертной среды и реалиями любого переговорного процесса в рамках вооруженных конфликтов.

Каждый новый подход к попыткам добиться прекращения огня в Украине неизменно называется «безальтернативным», любые мирные соглашения – «единственно возможными в данной ситуации», любые предложения представителей ЕС позиционируются как внешнее давление, от которого никак не получится дистанцироваться и предложить другую повестку. Все предрешено.

Задействование подобных конструкций – что-то вроде украинского народного заклинания, причем каждый последующий подход к урегулированию еще безальртернативнее предыдущего, а любые попытки напомнить о том, что еще недавно безальтернативным решением считалось диаметрально противоположное, превращаются в явный маркер «агента Кремля» и «зраду».

Именуются «зрадой» и любые отступления от протокольных формулировок и обязательных для украинского политикума мантр о том, что «война завершится за недели» и «завтра же проведем парад в Севастополе».

В комментарии ВВС о предоставлении летального оружия Украине, спецпредставитель Волкер упомянул о том, что «украинцы не смогут вернуть себе уже захваченные территории, но цена дальнейших попыток наступления для РФ будет расти».

Первыми на эту реплику отреагировали российские СМИ, которые последовательно демонизировали Курта Волкера с первой же их встречи с Сурковым. В их интерпретации, разумеется, спецпредставителем по Украине было сказано, что Украина никогда не вернет захваченные Россией территории, Россия сильна как никогда, Украина ничего не сможет сделать и даже сам «великий и ужасный» Волкер это признает.

Следом за высказываниями российских комментаторов, пронесся ряд публикаций и в украинских СМИ, с заголовками в духе «Волкер заявил, что Украина не вернет своих территорий», что подняло волну очередной «зрады».

В данном случае трудно сказать, какое из проявлений существующих проблем с коммуникациями в целом является более удручающим – ориентация на российские источники или невозможность отказаться от практики вырывания слов из контекста.

Дословно Курт Волкер заявил следующее в ответ на вопрос корреспондента ВВС о том, в действительности ли предоставление летального оружия Украине поможет установлению мира:

«Если Украина не сможет удерживать свои позиции, это станет приглашением к новым наступлениям. А поставки такого оружия ясно дадут России понять: вам не заполучить большего, не заплатив за это высокую цену. Конечно, украинцы не смогут вернуть территорию, уже захваченную Россией. Россия слишком сильна. Но цена дальнейшего наступления для России уже возросла и может вырасти еще больше».

То есть речь шла о том, что летальное оружие не даст возможности отвоевать уже оккупированные территории в краткосрочной перспективе, что и так было очевидно.

Если отбросить весь церемониал и «сдержанный оптимизм» – планируемые поставки ПТРК не настолько масштабны, переход к ООС от АТО совершен не так давно, чтобы говорить о решительно новом качестве собственно военной составляющей, а сам формат ООС, сконструированный законом 7163, – это не тот максимум инструментов, который можно было задействовать для организации военных усилий Украины.

Кроме того, не стоит забывать, что большинство других западных внешних игроков не видит никакого другого рамочного договора по прекращению боевых действий на востоке Украины, кроме Минских соглашений, причем не просто декларирует «безальтернативность Минска», а призывает к форсированию процессов, связанных с их политической составляющей.

Прибавим к этому «примирительные инициативы», этакий «навязчивый культ миротворчества». В этом принимают участие как некоторые представители украинского гражданского общества, которые игнорируют грань между толерантностью и угрозой безопасности, так и со стороны РФ и сателитов в Украине, которые всячески пытаются продиктовать условия, на которых должен завершиться конфликт, а по факту – капитуляция Киева («диалог с жителями Донбасса», «примирение от человека к человеку», «столицы не договорятся – договорятся маленькие города и села»).

По сути, Волкер выразил поддержку Украине и подходам к урегулированию, не подразумевающим «диалог с молодыми демократиями», которые «необходимо услышать», настолько откровенно, насколько мог, оставаясь в рамках своего мандата.

По миротворчеству под эгидой ООН позиция Волкера тоже остается артикулированной достаточно четко: миротворцы теоретически могли бы появиться на востоке Украины при выполнении двух условий – вывода российских войск с оккупированных частей Донбасса и не-задействовании РФ права вето.

Из этого явствует, что переговорщик сознает риски, которые можно обозначить как: «миротворцы сегодня и сейчас» и «миротворцам нет альтернативы». США в лице Волкера активно просчитывают варианты – что произойдет, если эти условия не будут удовлетворены, какие еще существуют подходы к урегулированию и какие сценарии будет способна реализовать Украина.

На данный момент Украине – как в случае с ее вооруженными силами, так и в случае с политико-дипломатическим фронтом – катастрофически не хватает мобильности.

Мобильность не подразумевает уже ставший привычным принцип принятия решений под влиянием внешних факторов – мобильность означает в первую очередь готовность отвечать на новые вызовы незамедлительно, так как существуют сформулированные и полностью просчитанные алгоритмы дальнейших действий. А переключение с одного «безальтернативного сценария» на другой будет только множить поток «зрады» и недовольство внешними игроками, от которых по непонятным причинам ожидают чудес во имя Украины и ее суверенитета.

Никто не будет артикулировать украинскую позицию так, как этого хотелось бы Украине и ее экспертной и околоэкспертной среде.

Более того – никто не сформулирует украинскую позицию вместо Украины.

Судорожно придуманные ответы на российские «мирные инициативы» не помогут выиграть эту войну или хотя бы выйти из конфликта с наименьшими для себя потерями – они помогут лишь выиграть немного времени для дальнейших действий. Но ключевые слова в данном случае – для дальнейших собственных действий, а не дальнейшего ожидания хода противника.