Домой Текущие новости Победа Мун Чже Ина и перспектива «политики солнечного тепла» в Корее

Победа Мун Чже Ина и перспектива «политики солнечного тепла» в Корее

13

Киев. 10 мая 2017 года (Виталий КУЛИК, директор Центра исследований проблем гражданского общества, специально для ПолитКома). Новым главой Южной Кореи на внеочередных президентских выборах 9 мая стал представитель левоцентристской оппозиционной Объединённой демократической партии «Тобуро» Мун Чже Ин. Борец за права человека, сторонник избавления от рудиментов авторитаризма в политической системе Южной Кореи, один из инициаторов диалога с Пхеньяном. С именем Муна многие местные обозреватели связывают перспективу снижения напряженности на Корейском полуострове.

Мун Чже Ин родился 24 января 1953 года на острове Коджедо в семье беженца с севера. Всю сознательную жизнь будущий президент прожил в портовом регионе города Пусана на юге страны.

Следует отметить, что Мун является знаковым политическим деятелем для Южной Кореи. В 1970-х гг он был одним из активистов студенческих акций протеста против режима генерала Пак Чон Хи (автора «корейского чуда») в университете Кёнхи.

Тогда Муна исключили из ВУЗа и призвали в армию (дослужился до звания капрала, имеет боевые награды). Примечательно, что Мун Чже Ин как спецназовец принимал участие в эпическом «инциденте с убийством топором и обрубком дерева в Пханмунджоме» (18 августа 1976 года).

Позже из-за участия в протестном движении его лишили возможности занимать должность судьи и Муну пришлось стать адвокатом.

В то же время, Мун не оставлял общественную деятельность и политику. Был председателем комиссии по правам человека Союза юристов Пусана, в провинции Кёнсан-намдо возглавлял филиал организации «Юристы за демократическое общество».

В начале 1990-х гг Мун Чже Ин стал близким другом Но Му Хёна, который был президентом Южной Кореи в 2003 – 2008 гг. Мун работал в администрации Но на разных должностях. Последняя из которых – глава президентской администрации.

Во время правления правых президентов Ли Мён Бака и Пак Кын Хе находился в оппозиции. Во время прошлой президентской кампании 2013 года занял второе место, набрав 39,9%.

В этот раз победа Мун Чже Ина была очевидна. После скандального отстранения от власти Пак Кын Хе в начале 2017 года и ее ареста, оппозиция смогла консолидироваться вокруг Муна и он уверенно держал первое место во всех социологических опросах на протяжении последних двух месяцев.

В расстановке политических сил в современной Южной Корее важную роль играет регионализм («чибан камчжон»). Так правая партия «Сенури» пользовалась наибольшей популярностью на периферии, а оппозиционные силы опирались на электорат Сеула (а это треть голосов всей страны) и столичной провинции Кёнги. В этот раз к либеральным голосам демократам добавилась поддержка Пусана и южных провинций.

Следует также отметить, что сам Мун является выходцем из лево-националистической среды и пользуется доверием множества мелких общественных организаций, религиозных сект и пр. Это позволяет ему кооптировать в свою программу нишевые интересы, которые ранее игнорировались основными партиями.

В этой связи следует напомнить, что еще в 1988 году Мун приложил руку к созданию бывшими журналистами изданий «Донг-Ильбо» и «Чосун Ильбо» прогресивной южнокорейской газеты «Хэнкёре» (Hankyoreh / 한겨레). Это было время диктатуры и транзита власти от Чон Ду Хвана к Ро Де У. В то время правительственные цензоры находились в каждом отделе новостей, содержание газеты фактически диктовалось Министерством культуры и информации. Но «Хэнкёре» смогла стать лидером среди оппозиционных СМИ. Газета позиционировалась в качестве лево-националистической альтернативы проправительственным изданиям, которые считались инструментами пропаганды крупных корпораций, проамериканскими и противниками национального воссоединения Кореи. Кстати, «Хэнкёре» первая газета в Корее, которая печаталась горизонтально, а не вертикально и не использовала иностранных слов.

Сегодня «Хэнкёре» сохраняет лево-националистический дискурс. Ее передовицы обрушиваются с критикой на корпорации, которые разрушают рынок и ведут наступление на личные свободы граждан. Журналисты газеты критикуют неолиберальный курс правых партий, обвиняют их в политике нищеты и
усилении неравенства в доходах в корейском обществе, защищают протекционизм, подчеркивают корейскую исключительность.

Не удивительно, что «Хэнкёре» стала главным рупором Мун Чже Ина на последней президентской кампании.

Что касается возможных первых шагов будущего президента, то скорее всего Мун таки инициирует отмену законов о национальной безопасности, которые, по мнению корейских либералов, используются для ограничения свобод. Достанется спецслужбам, которых может ожидать сокращение и передача полномочий внутренней полиции.

Вероятно, что при Муне развернется расследование коррупционных скандалов как связанных с прошлой властью, так и в отношении высшего топ-менеджмента корейских корпораций (чеболей). Команда нового президента сделала савку на стимулирование создания рабочих мест, стартапов, малых и средних компаний. Для этих целейМун намерен выделить из госбюджета дополнительно 8,9 млрд долл.

В вопросе корейского урегулирования и отношений с Пхеньяном Мун Чже Ин сторонник «политики солнечного тепла» и умиротворения КНДР. Известны его слова о том, что первый международный визит в случае избрания президентом будет им осуществлён в Северную Корею.

Несмотря на критику милитаризации Корейского полуострова и тактику Трампа на запугивание Пхеньяна и Пекина, Мун называет себя «другом Америки». Скорее всего Сеул при ее президентстве не будет осуществлять попыток свернуть американские ПРО или отказываться от совместных учений.

Также не следует от Муна ожидать сближения с Пекином. Скорее наоборот, Сеул будет занимать осторожную позицию, балансируя между сторонами глобальной игры. Напомню, что любимым сравнением Муна о геополитической роли Северной и Южной Корей между США и КНР: две креветки между двумя китами.

Россия же в повестке дня нового президента Южной Кореи упоминается только в качестве «вызова безопасности в мире», «стороны, которая может общаться с Пхеньяном» и «торгового партнера» (места сбыта южнокорейских товаров).

Что же касается «украинской темы» в корейской политике, то к сожалению она, как и при бывшем президенте, полностью отсутствует в приоритетах Сеула. Может потому, что у Киева нет вменяемых корееведов?